Среда, 29 января 2020 21:52

Воспоминания о конце света Часть первая. Образы Апокалипсиса: наши дни

Автор Олег Носков
Оцените материал
(1 Голосовать)

Равнение на «зеленых»

Совсем свежая информация: в Швеции растет движение за бойкот авиаперелетов. По мнению его участников, такой способ путешествия по миру приводит к большим выбросам углекислого газа, а значит, способствует глобальному потеплению. Точка.

В общем, дожили…

После скандального выступления экзальтированной шведской школьницы на саммите в ООН подобными инициативами уже никого не удивишь – борьба с глобальным потеплением начинает приравниваться к религиозному долгу. Грета Тунберг, конечно же, не является причиной массового экологического безумия. Она – лишь яркий симптом. Конечно, если бы подобное происходило где-нибудь в глухих уголках Азии или Африки, мы бы смотрели на это как на пережиток дичайших народных суеверий. Но сейчас речь идет о Европе, мало того – о передовых странах Европы. Именно там сегодня генерируются ужасы перед надвигающимся климатическим апокалипсисом. Странно, не так ли? Ведь мы до последнего дня были уверены, что европейцы давно уже преодолели средневековое варварство, чтобы вновь возвращаться к старым страшилкам о конце света.

Но может, мы слишком предвзято трактуем солидарное выступление западных политиков за снижение разогрева планеты? Ведь должно же у прогрессивных европейцев быть хоть какая-то доля здравомыслия, чтобы не поддаваться панике и не принимать скоропалительных решений на волне иррациональных мотивов.

Я бы охотно склонился к этой версии, если бы не тот фанатизм, с которым западные политики взялись за реализацию программ по декарбонизации экономики. «До мировой катастрофы осталось два градуса!» - вещают эксперты. И политики – в свете объявленной тревоги – спешат в АВРАЛЬНОМ РЕЖИМЕ перестроить всю энергосистему.

Факты здесь говорят сами за себя. Так, правительство Германии – в рамках борьбы с глобальным потеплением – утвердило программу, в соответствии с которой к 2030 году доля возобновляемых источников в выработке электроэнергии должна достичь 65 процентов. Установленная мощность солнечной генерации будет на уровне 98 ГВт (фактически это означает удвоение мощностей от нынешних показателей), ветроэнергетика достигнет уровня 70 ГВт на суше и еще 20 ГВт – на море. А уже к 2050 году Германия намерена выйти на нулевой баланс по выбросу парниковых газов.

Насколько озвученные намерения подкрепляются практикой? В этом отношении прошедший 2019 год оказался для Германии знаковым: здесь возобновляемые источники впервые обогнали по выработке электроэнергии традиционное топливо. Если верить официальной статистике, то доля возобновляемых источников в общем объеме произведенной электроэнергии составила уже 46 процентов! Красноречивый штрих: недавно немецкий автомобильный концерн Фольксваген огласил собственные планы по декарбонизации. Руководство компании намерено к концу нынешнего года повысить долю возобновляемых источников в электроснабжении своих предприятий на 90 процентов. Параллельно собственная угольная генерация заменяется на газовую. К 2050 году все предприятия этого концерна должны снабжаться «чистой» энергией уже «на все сто».

Не менее впечатляющие шаги демонстрирует Австрия. В этой стране также принята соответствующая программа, направленная на дальнейшее развитие «зеленой» энергетики (опять же в рамках борьбы с глобальным потеплением). Согласно озвученным планам, полный переход этой страны на возобновляемые источники должен произойти уже через ДЕСЯТЬ ЛЕТ (то есть на двадцать лет раньше, чем в Германии). Для этого к 2030 году необходимо довести установленную мощность одних только фотоэлектрических систем до уровня 10 ГВт. Важную роль в этом деле австрийское правительство отводит «солнечным крышам». Через десять лет количество кровель, оснащенных солнечными панелями, должно исчисляться сотнями тысяч. Еще один показательный шаг австрийских властей – с 2025 года в новостройках нельзя будет устанавливать ГАЗОВЫЕ КОТЛЫ для отопления! То есть отказ от углеводородного топлива одинаково коснется и системы теплоснабжения. Руководство намерено сделать так, чтобы Австрия стала ПЕРВОЙ В МИРЕ «нейтрально-климатической» страной.

Туда же на полных парах движется и Норвегия. Интересно, что ее иногда сравнивают с Россией, поскольку так же, как и в нашей стране, большую роль в экономике Норвегии играет добыча углеводородного сырья. Казалось бы, у этой страны есть веские основания сдерживать переход на солнце и ветер и пропагандировать преимущества традиционной энергетики. По логике вещей в Норвегии наверняка должно быть сильное «нефтегазовое» лобби, оказывающее влияние на государственные стратегии развития. Несмотря на это, норвежские представители нефтегазового сектора демонстрирую непривычную для нас, россиян, «экологическую сознательность».

Вот конкретный пример. Совсем недавно появился информация о том, что норвежский нефтегазовый концерн Equinor решил поддержать Парижское соглашение по климату, в связи с чем им были приняты собственные планы по декарбонизации производственных процессов. Конкретно компания намерена сократить объемы выброса парниковых газов на своих нефтяных и газовых месторождениях. В настоящее время они уже достигли хороших показателей в этом деле. К 2050 году Норвегия планирует достигнуть нулевого уровня по выбросам. Концерн Equinor, со своей стороны, уже сейчас встраивается в этот тренд, делая необходимые вложения в новые технологии. В руководстве компании считают, что подобные затраты так или иначе окупятся, поскольку выводят производственные мощности на более высокий технологический уровень, повышая конкурентоспособность месторождений.

 Спасение любой ценой!

Зададимся вопросом: много ли в таком масштабном переходе на «чистую» энергию экономической целесообразности? Начнем с того, что данное направление зародилось отнюдь не спонтанно. Фактически, оно стало результатом СОЗНАТЕЛЬНОГО ОБРАЩЕНИЯ к возобновляемым источникам на фоне угрожающих выбросов углекислого газа в атмосферу. Причем, осмысление опасности произошло еще в далеких 1970-х годах, когда и был поставлен вопрос о развитии «зеленых» технологий. Иными словами, наблюдаемый бум на ветряки и солнечные панели изначально трактовался как ответ на климатический вызов. Все научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы в этой области осуществлялись именно с «прицелом» на снижение эмиссии углекислого газа. Конечно, это был не единственный мотив, но он оказался решающим. И что самое важное: государство в этом процессе сыграло колоссальную роль. Пожалуй, без соответствующих политических решений мало бы кто отважился инвестировать большие суммы в создание солнечных или ветровых электростанций.

Как раз отсюда вытекает впечатляющая динамика поистине взрывного развития возобновляемой энергетики. Так, в 1980-м году доля ВИЭ (солнце, ветер и энергия приливов) в энергопотреблении Европы была чуть больше одного процента. К 1999 году эта доля увеличилась в пять раз (5,2%). В 2004 году она поднялась до 8,5%, и в 2016 году составила 17 процентов. Согласно стратегическим планам, в 2020 году возобновляемые источники должны дать уже 20% потребляемой энергии, а в 2030 году – 27 процентов. В некоторых странах Европы уже сегодня данный показатель превысил указанную отметку. В Дании, Австрии и Финляндии (!) доля «зеленой» энергетики составляет уже более 30 процентов. Абсолютным лидером является Швеция. В этой стране за счет ВИЭ вырабатывается уже более 50% потребляемой энергии.

Не менее важно и то, что в соответствии с принятыми директивами «отстающие» в этом тренде европейские страны начинают принимать соответствующие национальные программы, чтобы сократить разрыв. По состоянию на конец 2016 года 11 стран-членов ЕС досрочно добились показателей, запланированных на 2020 год (то есть довели долю «зеленой» генерации до 20 процентов). В некоторых регионах Испании вообще стремятся добиться стопроцентного перехода на ВИЭ в течение нескольких лет.   Французский парламент в 2014 году принял закон по энергетике и климату, где фигурирует целевой индикатор, в соответствии с которым к 2030 году на долю ВИЭ должно приходиться 40% национального производства электроэнергии.

Особо бурное развитие в странах ЕС получила ветроэнергетика. На сегодняшний день в Дании на ее долю приходится более 40 процентов вырабатываемой электроэнергии. В Ирландии – 28%, в Португалии – 24%, в Германии – чуть больше 20%, в Испании – 19% и в Великобритании – 18 процентов. Согласно планам десятилетней давности, в 2020 году в Европе будет установлено 230 ГВт ветровой мощности (190 ГВт на суше и еще 40 ГВт на море). Это составит около 17% от потребляемой энергии, что позволит (согласно расчетам) сократить выбросы углекислого газа на 330 миллионов тонн в год и снизить на 28 миллиардов евро закупки ископаемого топлива.

Соответственно, в странах ЕС планомерно снижается потребление угля и нефти. Начиная с 1990 года, потребление угля к 2018 году упало на 48%, нефти – на 9 процентов (несмотря на совокупный рост ВВП). Здесь дополнительно сказались и такие факторы, как повышение топливной эффективности автомобильного парка Европы (в сравнении с серединой 1970-х), а также повышение КПД существующих тепловых станций. Учтем, что правительства европейских стран вполне осознанно ставят перед собой амбициозные цели, реализуя соответствующие экологические программы перехода к новому, «безуглеродному» технологическому укладу. И в этом плане Европа позиционирует себя как мирового лидера.

Относиться к происходящей сейчас на Западе энергетической революции можно двояко. С одной стороны, поиск ответа на климатический вызов стимулирует научную и техническую мысль, содействуя техническому прогрессу. Этого у европейцев не отнять, тут всё выглядит основательно. Но с другой стороны, мы видим, что возобновляемая энергетика превращается в фетиш. Как мы понимаем, любое благое дело, попав в руки фанатиков, переходит в свою противоположность и начинает приносить вред. К сожалению, политики и так называемые гражданские активисты получили очень простой ответ на очень сложную проблему: мол, ветряки и фотоэлементы спасут мир! И чем их больше – тем лучше!

И вот теперь у нас на глазах разворачивается самое настоящее «социалистическое соревнование»: кто быстрее переведет всю энергосистему на солнце и ветер и откажется от ископаемого топлива. Что касается отстающих, то их рано или поздно пропесочат на «партсобрании». Для этого, собственно, и нужны экзальтированные школьницы: «Вы продолжаете губить нашу планету! Из-за вас мы лишимся будущего! Вы – убийцы, убийцы, убийцы!!!».

Подчеркиваю, вопрос уже не идет о целесообразности. Для нас не так уж и принципиально, насколько верны прогнозы насчет «двух градусов до смерти». Принципиально то, что выводы ученых стали поводом для такого ажиотажа. Согласимся, что далеко не каждая проблема, озвученная представителями науки, дает повод для столь радикальных, согласованных и оперативных действий на международном уровне: вот так вот взять и «переформатировать» всю энергосистему, ссылаясь лишь на некоторые научные прогнозы. Не странно ли для прагматичных (вроде бы) европейцев устраивать это показательное соцсоревнование? Такое впечатление, будто души старых маразматиков из советского Политбюро переселились в нынешних европейских лидеров, решивших подчинить хозяйственную жизнь каким-то отвлеченным нормативам. В Советском Союзе любили повышать надои и увеличивать добычу угля и стали в соответствии с плановыми показателями непрерывного роста. Сегодня в Европе похожим путем верстаются планы по переходу к «чистой» энергии. Каждый новый ветропарк или солнечная электростанция в этой картине мира воспринимаются как очередной шаг в будущее – некий аналог приближения советских людей к коммунизму.

Впрочем, в шуме этой «зеленой» эйфории начинают раздаваться и сдержанные голоса. Например, по некоторым экспертным оценкам, газовые сети вряд ли удастся «списать» к 2050 году. То есть истово молиться на солнце и ветер смысла нет. Необходимо добиться сбалансированного решения. Здравомыслие европейцам пока еще не отказывает. Однако время, похоже, работает теперь отнюдь не на здравый смысл, ибо подрастает «поколение Греты», представители которого наверняка когда-нибудь войдут в высшие эшелоны европейской власти. Представьте, если у руля окажутся активисты упомянутого выше движения против авиаперелетов. Не сложно догадаться, какие эмоции у них вызовут осторожные предложения технических экспертов насчет сохранения газовых сетей после 2050 года. Да это же будет звучать для них как форменное «предательство планеты», а значит, и всего человечества! Это примерно так же, как для самых ярых большевиков выглядели предложения о сохранении частной собственности. Здесь типажи в чем-то схожи, ибо схожа психология всех фанатиков.

Скорее всего, в головах радикальных борцов с потеплением декарбонизация ассоциируется с абсолютным, тотальным отказом от ископаемого топлива и подобных ему энергоресурсов, оставляющих «углеродный след». Начнется «расправа» над любыми объектами, выбрасывающими в атмосферу углекислый газ. Предполагаю, дело дойдет не только до угольных и газовых станций, но также и до животноводческих ферм. Коров уже обвинили в выбросе парниковых газов. Так что совсем не исключено, что важной мерой в деле борьбы с глобальным потеплением станет еще и повсеместное насаждение вегетарианства. Ешь мясо – значит ты не просто убийца животных, но еще и убийца планеты, «враг человечества»…

Конечно, я здесь слегка сгустил краски, чтобы более выпукло показать абсурдность экологического радикализма. Однако, рассуждая о характерах определенных персонажей, я вполне могу допустить подобный сценарий развития событий. К сожалению, мы пока еще недостаточно внимательны к психологической подоплеке социальных процессов такого рода, когда ход человеческой истории начинает подчиняться массовым эсхатологическим ожиданиям. «Зеленый» радикализм, охвативший западное общество и уже вовсю определяющий международную политическую повестку, намного больше, чем дань моде. С нашей стороны будет слишком легкомысленно рассматривать «поколение Греты» как результат плохой педагогики или пресыщенности молодого поколения.

Если в данном контексте уместно говорить об архетипах, то мы как раз имеем дело с неким архетипом, стремительно прорывающимся в сознание западных обывателей. Не исключено, что в недалеком будущем мы станем свидетелями радикальных социальных сдвигов – как уже было в истории неоднократно, и о чем историки пока еще не склонны размышлять. Тем не менее, страх перед мировой катастрофой совершенно реален, и он возникает не просто так. Если хотите, он имеет свой особый генезис, связанный с совершенно конкретным событием в далеком прошлом нашей планеты.

Тревожный мир

Тот, кто изучал историю религиозных движений, нисколько не будет удивлен истерикой по поводу глобального потепления. Удивительным будет только то, что страшные рассказы о конце света возрождаются даже в эпоху научно-технического прогресса. По форме они, конечно, соответствуют духу времени. Современный человек уже не ссылается на гнев Божий, не ожидает трубящих ангелов. Он выражает свои страхи перед концом света через образы, ассоциированные с наукой и техникой. Ядерная война или экологическая катастрофа – самые распространенные сюжеты «технотронного» апокалипсиса. С современностью здесь соотносится только форма, содержание же идет из глубины времен. На протяжении столетий эти страхи транслируются от эпохи к эпохе, дожив до наших дней. И даже Европа, став современной, отнюдь не избавилась от эсхатологических предчувствий. Сегодня они уже влияют на характер политических решений.

Кстати, обратите внимание на тот факт, что глобальный рост возобновляемой энергетики происходит параллельно с ростом глобальной температуры. То есть обилие солнечных и ветровых электростанции не сказались на динамике климатических изменений. Во всяком случае, для процесса глобального потепления подобные спасительные меры – как для слона дробина. Удастся ли переломить ситуацию, совершенно отказавшись от ископаемого топлива (не говоря уже о коровах)? Ни один специалист не даст вам на этот счет никаких гарантий. Тем не менее, курс на тотальную декарбонизацию выбран и реализуется европейскими политиками с маниакальным упорством.

Меня могут упрекнуть в излишней «психологизации» проблемы. Понимаю, что в любых решениях можно найти и рациональное зерно. Во всяком случае, производителям солнечных панелей борьба с глобальным потеплением весьма выгодна. Но ведь есть еще и представители нефтегазового сектора. Разве не показательно, что среди них появляются «экологически сознательные» компании, готовые поддерживать Парижское соглашение и вкладывать средства в развитие «зеленых» технологий (смотрите выше)? Конечно, ушлый предприниматель, при желании, способен обернуть в свою пользу любую ситуацию. Поэтому речь сейчас идет не о том, кому это выгодно. Речь о том, что в общественном сознании на самом деле имеют место страхи перед глобальной катастрофой. То есть современное общество – какого бы уровня развития оно ни достигало – почему-то очень чутко реагирует на любую информацию о подобной угрозе. Когда-то мы боялись ядерной войны, потом нас начали пугать озоновыми дырами. И вот сегодня нам уже рисуют новый вариант конца света.

Я думаю, нет смысла ставить под сомнение актуальность этой темы. Точно так же бессмысленно видеть в том результат христианской пропаганды. О конце света, напомню, рассуждали еще в дохристианские времена. Христианство лишь по-своему расставило акценты. Согласно этнографическим данным, в религиозных воззрениях примитивных народов тема мировой погибели играет не менее важную роль. Можно сказать, что она имеет общечеловеческое измерение, но ее историческая роль пока еще оценена недостаточно. С определенных пор широкую распространенность эсхатологических сюжетов стало модно рассматривать в контексте так называемого мифологического мышления. Дескать, архаический взгляд на мир включал в себя идею циклического обновления мира. Отсюда якобы проистекают соответствующие ритуальные действия, направленные на восстановления мирового порядка после непродолжительного торжества хаоса. Никакого привязки к человеческой истории в таких случаях делать не принято: «гибель» и «обновление» мира исследователи религиозных традиций трактуют как чистую условность.

А что, если истолковать эти сюжеты буквально? В конце концов, для примитивных народов речь шла о реальной катастрофе. То же касается и средневековых европейцев, доводивших себя до исступления в ожидании Второго пришествия. В обеих традициях эти ожидания схожи по своей сути, различны лишь формы реагирования на тревогу. В одном случае истово молились и постились, в других случаях использовали особые магические «процедуры», превратившиеся со временем в коллективные обрядовые действия. Известно, что майя и ацтеки в целях предотвращения мировой катастрофы прибегали к человеческим жертвоприношениям. Это был еще один способ воздействия на ситуацию. Но разве сегодня мы не наблюдаем спешных попыток западных правителей спасти мир от гибели? «Жрецы» академической науки заметили тревожные знаки, и вот уже ведущие государства мира коллективно изгоняют «нечистый дух», заменяя его «чистой» энергией?

Я понимаю, что в нашу эпоху очень легко рационализировать любую безумную затею, подключив суда научную братию. Но ведь и у жрецов майя на сей счет также имелся набор аргументов, которые в рамках той культуры звучали весьма убедительно. Для слепо верующих христиан столь же убедительно звучат выкладки проповедников относительно надвигающейся гибели мира. Суть проблемы, еще раз повторю, не в том, каким способом аргументируют мировую катастрофу, а в АКТУАЛЬНОСТИ этой темы для всего человечества. И как показывают религиоведческие исследования, эта тема была актуальна ВСЕГДА – на всем обозримом промежутке человеческой истории. Я бы даже сказал, что это – ключевая тема, заполнявшее людское воображение и не утратившая своего значения и в наши дни.

Нельзя ли предположить, что за всеми эсхатологическими переживаниями скрывается реальное событие глобального масштаба? Событие настолько неординарное и столь шокирующее, что оно продолжает тревожить людей по сию пору, несмотря на СОЗНАТЕЛЬНЫЕ попытки вычеркнуть его из памяти. Современный человек цепляется за школьную версию исторического развития, настраивая себя на поступательное совершенствование жизни. Но родовая память посылает ему тревожные сигналы, когда в настоящем он усматривает отдельные признаки того кошмара, который испытали его очень далекие предки. Именно на этой тревожной волне начинается разворачиваться эпохальная борьба за спасение планеты от гибели.

 Оживление пережитого ужаса

 Мы знаем по собственному опыту: шокирующие события не проходят бесследно для психики. Даже когда душевная рана зарубцевалась, они все равно дают о себе знать, вызывая странные переживания и даже странные поступки. Скажем, человек, чудом выживший во время пожара, будет долгое время панически реагировать на вид пламени. У вернувшихся с войны фронтовиков пережитые ужасы дадут о себе знать в ночных кошмарах. Я знал одного бывшего десантника-афганца, который по ночам, когда включался холодильник, вскакивал с постели и хватался за дверной косяк. Мне он рассказал, что это произошло с ним после того, как он едва не сгорел в подбитой БМП. Психиатры так и не смогли ему помочь.

Я говорю сейчас о довольно известных вещах. Но я абсолютно уверен, что нечто похожее происходит и на коллективном уровне. Возьмем хорошо знакомый нам опыт позднесоветских лет. Наверное, ничто так не тревожило тогдашнего обывателя, как угроза новой войны. Антивоенная пропаганда трудилась на славу, расписывая во всех подробностях коварные замыслы наших врагов по захвату и уничтожению Советского Союза. Телевидение, радио, газеты и журналы, всевозможные политинформации и лекции разных «общественников» нагнетали массовый психоз. Чуть позже кардиологи открыто признавали (в советских же телепередачах времен Перестройки), что страх перед новой войной серьезно влияет на статистику сердечнососудистых заболеваний. Самыми чувствительными к военной угрозе оказались люди пожилого возраста. Однако страх распространялся даже на школьников. Прекрасно помню, как в самом конце 1970-х нас – будущих пионеров - учили надевать противогазы и респираторы, шить ватно-марлевые повязки, рассказывая при этом о тяжелых последствиях ядерной или химической атаки.

Но был и еще один важный фактор, сильнее всего способствовавший психическому обострению – болезненные сюжеты минувшей войны. Не будь они свежи в народной памяти, все эти рассказы об атаках американских «Першингов» или о наступлении китайских бронетанковых войск воспринимались бы как захватывающая антиутопия. Иными словами, страхи подобного рода сильнее всего обостряются, когда в их основании имеется РЕАЛЬНЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ.   Человек искренне, до глубины души проникается этими темами, поскольку они были актуальны для близких ему людей. Он не усматривает в них выдумки или абстракции. Он усматривает в них то, что УЖЕ БЫЛО НА САМОМ ДЕЛЕ, а значит, вполне может повториться еще раз.

Но главное, что в советском руководстве со времен Брежнева ни о какой войне с Западом не помышляли и старались полностью исключить такое развитие событий. Товарищи из Политбюро сами панически боялись Третьей мировой, и на всякий случай пытались подстраховаться наращиванием «оборонного потенциала». Именно этот искренний страх и доносила до нас советская пропаганда, вызывая соответствующие переживания. По сути, кроме страха она ничего больше не несла. В этой связи бесконечные дежурные воркования о «мире во всем мире» и «ядерному взрыву – нет, нет, нет!» совсем не были коварной уловкой волка в овечьей шкуре (как о том толкуют наши западники). Советское руководство и в самом деле мечтало о разрядке – чего, собственно, оно впоследствии и добилось. Дружба с Западом была воспринята как благодать. Показательно, что и общество восприняло разрядку со вздохом облегчения. Данное обстоятельство лишний раз свидетельствует о том, что страх перед войной был неподдельным. В его основе, еще раз подчеркну, лежал реальный исторический опыт, определявший массовое переживание войны как подлинной трагедии.

Рассуждая по аналогии, мы можем спроецировать приведенный пример на ситуацию с глобальным потеплением. Не обостряются ли страхи перед глобальной катастрофой реальным историческим опытом – точно так же, как было в случае с прошедшей войной?

Зеркальная футурология

Конечно же, читатель уже понял, куда я клоню. Речь идет о глобальной катастрофе далекого прошлого, катастрофе, оставившей следы не только на теле планеты, но и в душах людей. Мы – отдаленные потомки тех, кому удалось спастись. Однако трагедия не прошла для нас бесследно, поскольку родовая травма всё еще дает о себе знать. И, наверное, так будет продолжаться еще долго.

Я понимаю, что в наше время ссылаться на Всемирный Потоп и тому подобные светопреставления считается моветоном. И это несмотря на то, что практически все древние предания просто пестрят сообщениями о случившемся когда-то планетарном перевороте, после которого жизнь на Земле началась практически с нуля. Современный человек постарался вытеснить из памяти это событие, объявив все древние сообщения о прошлой катастрофе «мифом». Так называемая «научная картина мира», где почетное место отводится эволюционной геологии, как будто призвана оградить наше сознание от тяжелых переживаний. «Кошмарные события были только в геологическом прошлом – история человеческой цивилизации не знает таких потрясений» - объясняют нам ученые наставники. Мол, живите спокойно, мировой катаклизм природа уготовила только динозаврам. Людям-де бояться нечего.

В самом деле, отчего современная геология так упорно отмахивается от глобальных катастрофических событий, как только речь заходит о человеческой истории? Что в этом ненаучного? С определенных пор палеонтологи стали связывать гибель ужасных ящеров с атакой астероидов. Геологам также хорошо известны «космические шрамы» на поверхности Земли в виде метеоритных кратеров. Последствия этих ударов не могли не привести к масштабным потрясениям. Иначе говоря, глобальная катастрофа вполне может иметь чисто физические причины, объяснимые с научной точки зрения. И такие катастрофы – уверяют сами ученые – в истории нашей планеты случались неоднократно. Почему же тогда подобное событие, о котором сообщают древние предания, должно быть обязательно «мифом»? Нет ли здесь академической предвзятости, а точнее, нет ли здесь совершенно сознательной попытки преподнести раннюю историю человека так, чтобы наши взгляды на мир не перекликались с упомянутыми преданиями? Если академическая наука ставит перед собой именно эту цель, то тогда «научная картина мира» превращается в самую настоящую идеологию.

Тем не менее, ученым мужам вряд ли удастся бесконечно долго наводить тень на плетень. И дело не только в том, что родовая память вызывает в людском сознании тревожные ассоциации. Здесь, как говорится, шила в мешке не утаишь. Ведь наука устанавливает закономерности, когда речь идет о повторяющихся событиях. Нам совсем не надо обращаться ни к каким древним мифам, чтобы допустить возможность очередного земного переворота из-за космической атаки. Как мы понимаем, астероиды и кометы никуда не делись. И если в прошлом – согласно свидетельству самой науки, они уже наносили страшные удары по нашей планете, то где гарантия, что этого не произойдет в будущем?

Да и сами ученые, надо сказать, время от времени выступают в образе мрачных прорицателей, предвещая человечеству неисчислимые бедствия. Угроза глобального потепления – это еще цветочки. Были прогнозы и пострашнее. Так, Стивен Хокинг перед смертью выдал мрачное откровение насчет грядущих катаклизмов, призвав людей задуматься о срочном переселении на другую планету! Казалось бы, куда уж еще дальше?

Ту же тему, кстати, развивает и современный кинематограф. Голливуд снял уже не один десяток захватывающих картин, посвященных теме глобальной катастрофы. Ну и, наконец, объединенные усилия правителей разных стран по спасению планеты (даже не важно, от чего конкретно) еще раз свидетельствуют о том, что конец света – это не какая-то выдумка религиозных мракобесов. Это, скажем так, один из научно обоснованных сценариев нашего исторического пути. Подчеркиваю, речь идет о событии, имеющем прецедент в прошлом. Это значит, что у нас нет серьезных объективных оснований ставить под сомнения то, что мы поспешили объявить «мифом». Если такой «миф» не несет в себе чего-то абсолютно невероятного и вполне объясним с позиций науки, то не будет ничего дурного в том, чтобы допустить его правдивость. Возможно, в далеком прошлом жертвами глобальной катастрофы были не только динозавры, но и люди. Причем, вполне разумные люди.

Разумеется, современный интеллигент, верящий в науку и считающий себя очень прогрессивным в силу неприятия им древних мифов и «библейских сказок», будет с пеной у рта отрицать саму возможность такого события в человеческой истории. Этот настрой (в чем я абсолютно уверен) диктуется чисто субъективными факторами. Подобно религиозному адепту, наш поборник прогресса фанатично верит в «научную картину мира» словно в священную догму, объявляя своими врагами тех, кто ставит ее под сомнение. Подчеркиваю, для многих из нас слепое признание эволюционной геологии – исключительно ВОПРОС ВЕРЫ. То есть мы имеем дело с ярко выраженным религиозным феноменом, приобретшим в эпоху научно-технического прогресса столь нелепую форму (когда слепая вера назойливо выдается за «научное знание»).

Правда, нашим «прогрессивным» интеллигентам не приходит в голову, что в их «научной картине мира» плохо складываются пазлы. И прежде всего это относится как раз к проблеме глобального потепления. До сих пор мы не получили солидарного и безупречного объяснения причин наблюдаемых климатических изменений. Ученые поспешили сослаться на «нечистый дух» (то есть на парниковые газы), превратив эту гипотезу в исчерпывающее объяснение. Политики, тем временем, превратили ее в ходячую истину, оправдывающую принятые на международном уровне радикальные решения относительно декарбонизации промышленности. Теперь уже практика станет оправдывать теорию.

А между тем обращение к мировым катастрофам прошлого расставляет всё на свои места. Пазлы складываются хоть и в пугающую, но все же в стройную картину. Но самое главное заключается для нас в том, что именно на этом пути раскрывается подлинная тайна нынешних климатических изменений. Случившийся на памяти людей земной переворот оказывается в тесной связке с глобальным потеплением. Это раскрывает глаза на реальные причины явления, и вместе с тем – сносит ко всем чертям догмы «научной картины мира» с ее эволюционной геологией.

Прочитано 135 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.