Воскресенье, 15 сентября 2019 15:56

Страсти по «грязному» огню

Автор Олег Носков
Оцените материал
(1 Голосовать)

«Вот теперь пора паниковать» - эту фразу несколько месяцев назад произнес в соцсетях один известный московский оппозиционер. Повод для паники дала публикация экспертного заключение Рабочей группы Общественной экологической экспертизы относительно строительства в Московской области предприятий по термическому обезвреживанию твердых коммунальных отходов. Эксперты внимательно изучили проектную документацию и пришли к неутешительным выводам.

Напомню, что в 2015 году между правительством Московской области, госкорпорацией «Ростех» и японской компанией Hitachi Zosen INOVA было подписано трехстороннее соглашение о строительстве 15 мусоросжигательных заводов, с помощью которых планируется полностью утилизировать все ТКО из Москвы и Подмосковья. Кроме того, полученная от сжигания тепловая энергия должна быть использована для выработки электричества – примерно 75 МВт на каждый мусоросжигательный завод. Стоимость строительства первых четырех пилотных предприятий должна составить (внимание!) почти 150 млрд. рублей.

В указанном экспертном заключении представленная технология подверглась разгромной критике. Как было заявлено, проект по ряду технических, экономических и экологических параметров совершенно не соответствует опыту передовых государств. В заключительной части отчета утверждается, что предлагаемые к строительству мусоросжигательные заводы от Hitachi Zosen INOVA являются предприятиями, «реализующими технологии мусоросжигания середины прошлого века» (запомним это!). Эксперты прогнозируют, что функционирование предлагаемого МСЗ «приведет к экологической катастрофе», связанной, по их словам, с превышением содержания диоксинов в почвах сельхозназначения на площади около 100 кв. км вокруг проектируемого МСЗ уже через 10 лет после начала его работы.

Упомянутому оппозиционеру это заключение дало повод для апокалиптических заявлений: «Если коротко – из-за них мы все довольно быстро посадим здоровье, а сотни тысяч умрут. Многие, кто успеет родить детей, – родят больных. И огромные деньги потребуются, чтобы покрыть вред из-за строительства». Борцы за экологию уже объявили возникшую ситуацию «экогеноцидом».

Летом этого года масло в огонь подлил еще один эксперт. Член-корреспондент РАЕН Игорь Мазурин, отвечая на вопросы жителей Подмосковья, фактически подтвердили панические заявления столичных оппозиционеров. Чуть позже он опубликовал развернутую статью, где были затронуты некоторые аспекты термической утилизации мусора. По словам автора, еще в 2016 году компания «РТ-инвест» (покупатель МСЗ) разослала двум десяткам специалистов запрос по поводу состоятельности технологического процесса, реализуемого на указанных предприятиях. Автор утверждает, что ему стали известны ответы семнадцати специалистов, участвовавших в опросе. «Как ни странно, - пишет он, - ни одного восторженного и даже положительного отзыва в ответах не содержится». По его словам, одиннадцать экспертов высказали серьезные опасения насчет воздействия данной технологии на человека и окружающую среду. Еще трое дали негативные оценки в декларативной форме (остальные трое воздержались от высказываний по вопросу безопасности).

Красноречиво в этой связи выглядит заключение, поступившее от некоего НП «Национальный Центр Эколого-Эпидемиологической Безопасности». Суть данного заключения сводится к тому, будто сжигаемый мусор никуда не исчезает, а просто «видоизменяется». Якобы МСЗ представляют собой производства по «изготовлению» токсичных отходов из сравнительно «безопасных» материалов. Сжигание отходов, отмечается в тексте, не решает проблемы устранения токсичных веществ: «Они трансформируются и часто становятся еще более токсичными, чем до сжигания». Далее идет длинный перечень таких веществ. Многие из них, указывают авторы заключения, не разлагаются и способны к накоплению в живых организмах, вызывая онкологические заболевания и разрушения гормональной системы человека.

Причем, речь идет не только о технологиях, применяемых на конкретных предприятиях. Авторы указанного текста идут дальше, объявляя сжигание отходов само по себе «отмирающей технологией». Дескать, основная часть расходов связана здесь с системой очистки и «захоронения» золы и шлаков, будто бы содержащие опасные для жизни вещества. По сути, золу и шлаки поставили здесь на один уровень с радиоактивными отходами. Но даже и такие мероприятия, утверждают авторы текста, не спасут нас от загрязнения, поскольку яды так или иначе будут просачиваться в окружающую среду.

Короче говоря, дело – труба, и пора уже…

Впрочем, здесь возникает заминка: а чего пора? Чего делать-то? Паниковать? - как советует один из светочей столичной оппозиции. Разумеется, по части нагнетания паники наши оппозиционеры большие мастера. Народ и впрямь запаниковал. А дальше что?

Не нужно быть экспертом, чтобы понять: мусор сам по себе никуда не исчезнет. И с ним необходимо что-то делать. Дают ли нам внятный ответ борцы с «экогеноцидом»? К сожалению, ничего конкретного на этот счет я не услышал. Так, в упомянутой статье Игоря Мазурина чуть ли не половина текста посвящена описанию диоксинов и тому вреду, который они причиняют людям и природе. При этом, что особо показательно, автор не уделяет столь же пристального внимания отечественным разработкам в области утилизации и переработке мусора. Казалось бы, если у нас в стране есть своя передовая школа, то неплохо было бы сослаться на конкретные примеры, наглядно, в «материале» продемонстрировав реальную альтернативу тому, что предлагают устроить в Московской области. Вместо этого автор пускается в конспирологические дебри, пытаясь представить ситуацию с закупкой японских МСЗ как пример «захвата» наших рынков представителями транснациональных корпораций. Я понимаю, что российские «общественники» (а вместе с ними – и простые обыватели) очень чутко реагируют на подобные вещи. Но насколько стал нам понятен выход из ситуации? На этот счет у наших разоблачителей есть лишь одни общие пожелания – нужны-де «безотходные и безопасные технологии». Очень хорошо. Но что именно?

Я бы прошел мимо этой темы, если бы наши разоблачители (действующие, якобы, из лучших побуждений) так безбожно не упрощали самой сути проблемы с утилизацией мусора. Очень актуальной проблемы! Дело пытаются изобразить так, будто идет эпическая битва между темными козлищами и светлыми агнцами. И каждый из нас должен-де сделать выбор – на чьей он стороне. Однако в реальности есть еще и прозаическая третья сила – «белые козлики», пытающиеся сделать из агнцев тупых баранов и завести их в тупик.

У меня складывается впечатление, что МСЗ Hitachi Zosen Inova дали некоторым российским деятелям хороший повод раскритиковать термическую утилизацию как таковую. То есть вместо того, чтобы оценить конкретную (устаревшую) технологию сжигания мусора на решетках, нам пытаются внушить, будто опасна и бесперспективна ЛЮБАЯ технология сжигания. Любая! Якобы наши ученые – в силу своей прозорливости – давно уже убедились в бессмысленности всех потуг на этом пути. Опыт развитых стран, как видим, также не производит на критиков никакого впечатления, поскольку в России-де свои особые условия (и конечно – свой «особый путь»). Так, господин Мазурин позволяет себе делать заявления от имени ВСЕЙ российской науки.

Я понимаю, что РАЕН – организация серьезная, но вынужден напомнить, что в Сибирском отделении РАН технологиями термической утилизации мусора занимаются уже не одно десятилетие. В частности, Институт катализа СО РАН разработал специальные печи каталитического сжигания, позволяющие экологически безвредно утилизировать низкокалорийную органику. При участии специалистов Института теплофизики СО РАН разработаны современные барабанные (вращающиеся) печи для безопасного сжигания практически любой органики, включая бытовой мусор и опасные медицинские отходы. В технические детали вдаваться не буду. Скажу лишь, что указанное оборудование тщательно тестировалось на предмет его соответствия экологическим нормативам ЕС.

Как вы поняли, это оборудование существует не на бумаге, а ПРОИЗВОДИТСЯ под заказ! Конкретно, рядом с Новосибирском уже несколько лет успешно работает небольшое предприятие по сжиганию просроченных продуктов и опасных медицинских отходов, где используются упомянутые барабанные печи. Я был там в ноябре 2017 года, где мне показали в деталях весь технологический процесс, включая и способ замеров (прямо из трубы) этих распроклятых диоксинов. Подчеркиваю, речь идет о современном оборудовании, выгодно отличающимся от того японского старья, которое собираются купить (за баснословные деньги) для Подмосковья.

Чтобы меня не уличили в рекламе, я не буду называть новосибирскую компанию, занимающуюся производством данного оборудования. Скажу только, что разработчики (с которыми я неоднократно общался) предлагают сейчас сборку «под ключ» достаточно серьезной установки, способной утилизировать 5-6 тонн отходов в час (с попутной выработкой тепловой и электрической энергии). Новосибирску, например, хватило бы пяти таких предприятий, чтобы полностью закрыть вопрос с утилизацией ТКО. Причем, стоимость одного завода не превысила бы и трех миллиардов. То есть Новосибирск в состоянии за 15 миллиардов решить проблему с мусором. В свое время специалистами ИТ СО РАН предлагался вариант установки аналогичного оборудования на существующих угольных ТЭЦ. Таким путем можно было не только решить проблему с мусором, но и сэкономить на угле (примерно на 10 процентов в год). Стоимость пилотного проекта оценивалась лет десять назад в половину миллиарда рублей. В принципе, копейки… Даже для городского бюджета.

К слову, разработчики отправляли свои предложения и правительству Московской области, прямо господину Воробьеву. Правда, оттуда не получили ни ответа, ни привета. Правительство МО не только не стало обсуждать возможности установки отечественного оборудования, оно откровенно эти предложения проигнорировало. Впрочем, та же картина наблюдается в Новосибирске и в Новосибирской области. То предприятие, о котором я сказал выше, построено на частные деньги (сжигание отходов осуществляется там по коммерческим расценкам). Когда же речь заходит о решении проблемы с мусорными полигонами, наших разработчиков откровенно «игнорят» - как в мэрии Новосибирска, так и в региональном правительстве. И это при том, что данное оборудование давно уже презентуется на разных технологических форумах и выставках. В ту же новосибирскую мэрию предложения засылаются более десяти лет. Реакции – никакой.

У местных начальников свое понимание хозяйственной рациональности. Несколько лет назад один из бывших замов мэра Новосибирска назвал покупку такого оборудования необоснованными тратами, поскольку, как он считал, вопрос бесплатно решался за счет пустующих оврагов (дескать, вокруг города полным-полно свободных мест под мусорные полигоны). Что касается нынешнего мэра, то он обычно делает вид, будто разработка существует исключительно на уровне «картинок». И это несмотря на то, что начальник департамента промышленности лично посещал упомянутое предприятие и общался с руководством компании, производящей это оборудование.

Кстати, в НСО также следуют примеру Подмосковья: тащить из-за бугра устаревшие технологии (за приличные деньги). Согласно официальным планам, для разгрузки мусорных полигонов принято решение о покупке какого-то старья из Южной Кореи (фигурирует цифра в шесть миллиардов рублей). Впрочем, справедливости ради надо сказать, что так происходит не везде. Как мне рассказали сами разработчики, интерес к нашему оборудованию был проявлен в Екатеринбурге и в Симферополе. Во всяком случае, была хоть какая-то реакция и приглашение к разговору. И что самое удивительное, этим техническим решением интересуются за бугром – в Китае, в Казахстане и в Южной Корее. В частности, конструктор барабанных печей уже несколько раз вылетал в Южную Корею для проведения там консультаций. Такой вот «творческий» обмен.

А теперь перейдем к социально-политической составляющей проблемы. Думаю, нет смысла объяснять, почему наши начальники так щедро оплачивают покупки импортного старья. Я часто общался с людьми, в той или иной мере занимающимися данной темой (включая и вопросы энергетики). Для них тут вообще нет никакой тайны: на мусорной проблеме откровенно «пилят». В принципе, у нас «пилят» на любой теме. Но мусор является темой капиталоемкой. Причем, сия истина с определенных пор дошла и до федералов. Поясню. Долгие годы тему бытовых отходов курировали на уровне региональных руководителей. Центровые ребята предпочитали рубить бабло на продаже стратегических ресурсов. Однако с тех пор, как наша «энергетическая держава» лишилась сверхдоходов от продажи нефти и газа, у регионалов стали потихоньку «отжимать поляну». Недавно добрались и до мусора (на котором местные начальники делали гешефт на уровне своего ума и фантазии). На такие мысли нас наводит намерение федеральных властей создать единого коммунального оператора, который должен будет «решать» проблему с бытовыми отходами.

Тут, в общем-то, всё традиционно, всё «по-нашему». Напомню, что в январе этого года президент подписал Указ о создании единого оператора по обращению с бытовыми отходами. Судя по тексту самого документа, у нас в стране должно появиться ответственное лицо, которое взвалит на себя абсолютно все составляющие этого нелегкого, но важного дела. Как мы знаем, Кремль любит создавать всякие «локомотивы развития» в виде государственных монополий. Теперь у «Роснефти» и «Роснано» должен появиться конкурент по части «эффективного» освоения» бюджетных средств. У меня сейчас нет ни малейшего желания ходить вокруг да около и ограничиваться намеками. Ситуация складывается без всяких двусмысленностей и вполне традиционно для нашей страны. Правительство, вместо того, чтобы самостоятельно заниматься разработкой нормативно-правовых актов, утверждением стандартов, разработкой концепций и тому подобной (и крайне необходимой в таких делах) рутиной, создает за казенный счет еще одного мега-монополиста, который на свой вкус выполнит указанную работу, попутно осуществляя коммерческую деятельность (похоже, по этим же нормативам).

Я нисколько не преувеличиваю. Новому гиганту обещана куча полномочий. Так, единый оператор будет осуществлять координацию органов федеральной исполнительной власти и органов исполнительной власти субъектов РФ, а также органов местного самоуправления, по реализации законодательства в области обращения с ТКО. В частности, на долю оператора выпадает участие в разработке соответствующих госпрограмм и проектов, включая госпрограммы и проекты регионального уровня. Оператор также может проявлять законодательную инициативу, готовя необходимы предложения в органы законодательной власти. Этот же оператор осуществляет экспертизу проектов, участвует в подготовке заключаемых между субъектами РФ соглашений, осуществляет анализ выполняемых в субъектах РФ программ (а также выполнение норм законодательства). Параллельно оператор выступает в роли заказчика информационных систем в области обращения с ТКО и участвует в просветительской и информационно-разъяснительной деятельности.

Но и это еще не всё. Помимо прочего, оператор осуществляет разработку мер по привлечению частных инвесторов к реализации «мусорных» проектов. Причем, эти проекты этот же оператор сам и разрабатывает и, мало того, еще и разрабатывает стандарты их реализации. Он же осуществляет и финансирование проектов. Также ему дано право осуществлять - в указанных целях - эмиссию облигаций, приобретать выпущенные для этого ценные бумаги, владеть и распоряжаться ими. Он может участвовать в концессионных соглашениях и соглашениях о государственно-частном (и муниципально-частном) партнерстве. Другое важное право – осуществлять выкуп земельных участков для размещения объектов капитального строительства, связанных с мерами по обращению с ТКО.

Кроме этого, оператор осуществляет «стимулирование и поддержку мер, направленных на увеличение вторичных ресурсов, получаемых от твердых коммунальных отходов». Он может также заниматься разработкой и реализацией мер по «совершенствованию правил обращения с вторичными материальными ресурсами и по стимулированию спроса на продукцию из них». Параллельно он будет формировать «библиотеку типовых проектов, реализуемых в области обращения с ТКО». И что особо показательно – он же вправе осуществлять добровольную сертификацию технологий, оборудования, объектов капитального строительства», необходимых для такой деятельности. Соответственно, оператор может осуществлять научные разработки и проводить НИОКР.

Мы привели далеко не полный перечень функций будущей организации, но и из того, что здесь перечислено, вырисовывается образ некой могущественной корпорации с солидным государственным участием. В документе сказано, что имущество данной компании формируется за счет имущественного взноса Российской Федерации и добровольных имущественных взносов   (в том числе поступивших от публично-правовых образований), а также доходов, полученных компанией от своей деятельности. При этом уточняется, что имущество компании принадлежит ей на праве собственности и «используется для достижения целей ее деятельности и реализации возложенных на нее функций и полномочий». Денежные средства расходуются на реализацию упомянутых «функций и полномочий» (включая и те средства, которые будут получены в виде дохода от осуществляемой деятельности).

Наверное, у нас в стране мало кому выпадают такие привилегии: сами инициируем проекты, сами осуществляем их экспертизу, сами разрабатываем стандарты, сами определяем технологии, сами зарабатываем деньги и привлекаем займы под ценные бумаги (дополнительно осуществляя надзорные, по сути, функции). Надо полагать, что эффективность расходования средств (в том числе – бюджетных) будет также оцениваться по тем критериям и параметрам, которые для себя определит сам оператор. Утилизация мусора – дело тонкое, и ни один аудитор, ни один прокурор, ни один судья, как мне кажется, не возьмется судить о качестве выбранных здесь решений без предварительной экспертной оценки. А кто будет экспертом? Как мы сказали, экспертиза будет в руках того же самого оператора. Можно, например, выделить сотню миллиардов на покупку какого-нибудь мусороперерабатывающего завода. Нормальная эта цена или завышенная? Компетентную оценку (в наших условиях) выдаст сам же покупатель или тот, кого он назначит на роль эксперта. Очень удобно, не так ли? Я могу ошибаться, но пока что текст Указа наводит меня именно на такие мысли.

Нам пока что не совсем ясно, каким путем будут создаваться мощности по переработке ТКО, какие технологии возьмут на вооружение, какой опыт окажется востребованным (хотя чего там – прецеденты создаются прямо у нас на глазах). Как всегда, мы не видим никаких серьезных подвижек в плане совершенствования нашей нормативно-правовой базы, которую специалисты критикуют на все лады ввиду ее НЕСООТВЕТСТВИЯ ОПЫТУ ПЕРЕДОВЫХ СТРАН. Судя по тексту Указа, теперь подвижки в указанном направлении должен осуществить новоявленный гигант. В этих условиях ничего другого не остается, как надеяться на то, что решение о строительстве мусорного полигона в Архангельской области никак не было «пробной инициативой», исходящей от будущих руководителей новоявленной организации.

Я заранее извиняюсь за столь нудное отступление. Однако я вынужден был это сделать ввиду того, что реальная проблема с мусором адекватно вырисовывается именно в указанном контексте. Она не сводится только лишь к диоксинам, в ней нет никакой конспирологии, никаких тайных умыслов по захвату отечественных рынков со стороны глобальных игроков. И уж совершенно никто не вынашивает замыслов целенаправленно загубить население страны с помощью МСЗ. Есть только банальный шкурный интерес. Но как мы понимаем, проблема не решается в стиле: «Нас хотят убить – пора паниковать!». В этой связи у меня есть серьезная претензия к борцам с «экогеноцидом». Претензия в том, что кроме истерики обществу не предлагают никакого конструктива. Проблема с отходами имеет мировой масштаб. Она РЕАЛЬНА, и она требует конкретного решения! Уровень ее обсуждения несопоставим с плачами по репрессированным блоггерам. Это далеко не одно и то же. И если лидерам оппозиции здесь нечего предложить, кроме истеричных воплей, то можно ли вообще ждать от них чего-либо серьезного и конструктивного в государственном плане? Где гарантии, что эти люди окажутся лучше нынешних «жуликов и воров»?

Вот сегодня власть спокойно «проталкивает» тему единого оператора. Я уже показал свое отношение к этим задумкам. Но ведь самое печальное не то, что перед нами раскрывается еще один финт с ушами под прикрытием «заботы» об экологии. Проблема в том, что этим финтам не предлагается НИКАКОЙ ВНЯТНОЙ АЛЬТЕРНАТИВЫ со стороны тех, кто регулярно обвиняет власть во всех смертных грехах.

И напоследок кое-что об обоснованности раздуваемой паники. Насколько здесь уместен тезис про «сотни тысяч умрут» и прочий ужас? На мой взгляд, большая ошибка наших гражданских активистов состоит в том, что они слишком сильно смещают фокус внимания, отвлекаясь от главного. Главная же проблема – в самом наличии переполненных свалок, а не в способах их утилизации. Как разъяснили мне специалисты, десятки лет исследовавшие полигоны коммунальных отходов, большие скопления органического мусора способны загрязнить воздух вредными компонентами без всякого участия человека - в силу естественных химических процессов. Причем, концентрация опасных для здоровья веществ в случае спонтанного тления гигантских мусорных куч может оказаться в десятки и даже сотни раз выше, чем при сжигании этого же мусора на не самых современных заводах. Иными словами, даже устаревшие предприятия не способны превысить опасное воздействие на экологию в сравнении с большими свалками, предоставленными самим себе.

Конечно, этот факт вряд ли может утешить жителей Москвы и Московской области. И в этой связи им стоило бы разобраться в другом: почему у нас за огромные деньги внедряются несовершенные технологии, тогда как проблему куда успешнее можно решить за гораздо меньшую цену? К сожалению, вместо трезвых вопросов к властям мы наблюдаем раздувание бессмысленной паники, которая только дополнительно дезориентирует граждан.

Прочитано 112 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.